окраина

Теплое лето 56-го

Отличный, добрый, и - как выразились бы сейчас - социально ответственный советский фильм о рыбалке.

Ни один из рыболовов не уперся в забор частного поместья.

Ни к одному за разжигание костра на природе не приехал НКВД Рыбнадзор МЧС.

Браконьеры - осуждаемы. Гадящие в реки директора предприятий - осуждаемы.

Юмор и уважение к народным приметам без суеверного подтекста - присутсвует !

Досуг советских людей на рыбалке (по крайней мере, как он мыслился кинематографистами) - чай и шахматы (шахматы, Карл!). И ведь такое было - шахматы, шашки, да пусть даже карты ..... И ловят - строители, врачи, артисты.

А каковы комбинированные подводные съемки ?!? Год, напомню, пятьдесят шестой.

И реальные приемы от поденицы до цыпленка/квока при ловле сома - моё почтение. И таймень - ооооо .....

Тоталитаризм на марше Здоровая рыбалка здоровых людей, в общем.


P.S.
"Плыви к бакенщику" - это пять ))

P.P.S.:
Я, вот - чистый Кузьма Петрович на рыбалке ....
окраина

Город мусора

Это не Подмосковье, не Шиес, это у нас тут под боком.

Баба Нина - так чистый эксремист. "Десяточка".

С 3.42, чтобы избежать рекламы.



История эта примечательна тем, что очередной раз показывает - если бизнесу в смычке с муниципальной властью есть как монетизировать госконтракты, это будут делать напролом, без оглядки на стандарты, экологические нормы, здравый смысл, и уж точно без учета мнения каких-то там местных аборигенов. А в случае более-менее активной борьбы оных среди них немедленно будут обнаружены Обама, Трамп, Байден, иноагенты, геи, и прочие граждане, замыслившие недоброе против духовных скреп глубинного российского государства.

Не мытьем, так катаньем.
окраина

Про РЖД и информационную безопасность

Злое НАТО лезет в сети, точит Powershell....


Обычно я не трогаю в ЖЖ зону профессиональных интересов, но мимо этой новости сложно пройти.

С РЖД накануне произошла совершенно замечательная история, читающаяся, как книги про хакеров из 90-ых годов. Ознакомиться можно и нужно, даже не имея специальных технических знаний, и пропуская "заумные" куски.

Если вкратце - некоторые сегменты внутриРЖДшной корпоративной сети, включая доступ к системам видеонаблюдения, системам контроля и управления доступом, системами управления вокзальными табло, системам управления серверами, системам управления виртуализацией, элементам промышленной автоматики, и прочая, прочая, прочая голой жопой торчат в Интернет или совсем без авторизации, или с логинами/паролями вроже admin/admin1.

Комментарии, в которых упоминается ситуация в прочих Росатомах, достойны отдельного внимания.

P.S.:
От себя замечу, что похожим образом дело обстоит в достаточно большом количестве российских (да и не только) организаций, особенно в части госсектора. Даже не будучи семи пядей во люу и вооружившись Kali Linux/metasplot/CobaltStrike/Powerview/Impacket/ZeroDay exploits относительно несложными техническими средствами, даже любопытный падаван студент может привести критичные технические системы к катастрофе. Что там говорить о United States Cyber Command зарубежном супостате ...
окраина

Труп

Новый Год - веселый праздник,
Все танцует и поет
И подарков много разных
Дед Мороз нам принесет.

(из дочкиной песни на новогодний утренник)

Исключительно бытовая зарисовка. Вышли сегодня из дома по различным бытовым делам.

Миновали обязательный для спальных микрорайонов "пивняк", еще сопротивляющийся монополистам местный продуктовый магазин, несколько детскую парикмахерскую, перешли усыпанные использованными шприцами подходы к аптекам, миновали нелегального продавца рыбы, вывалившего коричнево-красные куски рыбы на грязный багажник "четверки", перепрыгнули разбитый асфальт с вывалившимися за время новогодних праздников поребриками бордюрными камнями.

Миновали приютившийся на двадцати квадрадратных метрах магазин, ряд зашторенных "вглухую" ларьков с надписями "Суши" и "Табак", и вышли к плотно заставленному машинами придомовому проезду.

Из-за корпуса очередного потасканного "Форда" виднелись женские ноги в поношенных туфлях и леопардовых лосинах. Всё, что выше, было с головой покрыто яркой цветастой тряпкой, символизирующей о конце земного бытия. Рядом валялась не сильно испачканная кровью лицевая маска, и раскладной табурет с открытой бутылкой минеральной воды. Еще через пару шагов обнаружился суровый полицейский в "гражданке", с бланком опроса свидетей в руках, допытывавшийся у подвернувшейся под руку продавщицы о сроках отбытия "Скорой".

- Ай, - восклицала не очень хорошо владеющая русским языком продавщица - Да "Скорая" давно уехала. Не успели помочь. Наверное, тромб оторвался.

Шлялись вокруг еще несколько господ полицейских, не отметившихся, правда, на вид какой-либо активной деятельностью - ходили взад-вперед, и перепарковывали личные автомобили поближе к окостеневшему телу.

Через четыре часа труп еще лежал, привлекая скучающие взгляды совершающих променанд граждан с детьми, а на пятом часу подъехала ободранная "Газель", из которой вышли дородные дяденьки в шапках-"пидорках" определенного покроя, и стали выполнять надлежащие погрузочные мероприятия.

Скрежет инструмента по исчерканому язвами трещин дорожному покрытию, отрывающее от него окостеневшее тело, слышится очень впечатляюще - что делать, ныне приморозило.

Ни в ростовских новостях, ни в различных тематических группах социальных сетей новостей на эту тему не было - то ли не проходил мимо внимательный и активный подписчик, то ли ослабли "лыжные палки" у вездесущих профессиональных любителей сенсаций.

Это я не к тому, что все вокруг бесчуственные негодяи - а к тому, что даже внезапная публичная смерть стала вполне себе обыденным явлением, не заслуживающим, в общем, никакого особенного внимания. Да это, наверное, и правильно - подумаешь, кто-то умер. А гражданам надо индейку, фейерверки, "пивас" и лекарства от печени - не прерываться же ради такого, в самом деле.

P.S.:

окраина

Разнотык 2021

  — Вы позвоночный?
   — Да.
   — Двоякодышащий?
   — Нет, только воздухом…
   — Благодарю вас, отлично. Всеядный?
   — Да.
   — Можно узнать, с какой планеты?
   — С Земли.
   — Тогда пожалуйте к соседнему окошку.
   Я подошел к следующему окну и, заглянув внутрь, убедился, что передо мной тот же самый чиновник, вернее, другая его часть. Он листал большую книгу.
   — Ага! Есть, — сказал он. — Земля… Гм, очень хорошо. Вы к нам как турист или коммерсант?
   — Как турист.
   — Тогда разрешите…..... Прошу, вот ваши бумаги. Вы млекопитающий, не правда ли?
   — Да.
   — В таком случае приятного млекопитания!


Станислав Лем, "Звездные дневники Ийона Тихого"
В конце 4 ахау 8 кумху различных выдуманных для утилитарных целей временных периодов вроде как принято отчитываться о достижениях подводить итоги прожитого и заниматься похожей никому не нужной х..нёй строить планы на будущее.

На осколках родного отечества продолжает укрепляться вертикаль - с умным видом несет на "прямых включениях" лживые банальности натруженный трудовой рот российской буржуазии. На федеральном уровне пражняются в демагогии рты пожиже - голосят бесчисленные соловьевы, сатановские, марковы, различного рода пропагандисты поменьше, да теснят в телекранах рожи народившихся недавно агитаторов от "новомедицины" вроде санитарных инспекторов, чиновников Росздравнадзора и тому подобных особей. Вся эта деятельность создает бессмысленный, но очень громкий информационный гвалт - ну чисто операция прикрытия.

Под этот шум, и сквозь шорох постоянно растущих в длину яхт передовых отечественных капиталистов, разворачивается имеющий косвенное отношение к пандемии гигантский социальный эесперимент по окончательной стойлизации граждан.  Ныне живущие тормансиане сограждане лихорадочно сегрегируются по экономическому признаку, делятся на "Джи" и "Кжи", вводятся "ковидные" паспорта, приграничные барьеры, в срочном поряжке принимаются новые репрессивные законы, предусматривающие уголовную ответственность почти по любому поводу. Техническое обеспечение данных мероприятий возложено на самые современные технологии - геолокация с отслеживанием выхода из режимной зоны, принудительная установка приложений на мобильные телефоны, и даже слежка за нарушителями режима с беспилотников.

Постояте, где-то нам это уже показывали :

- Подойдите ближе и посмотрите, что там.
- Вас понял. Приступаю к проверке.
- Вижу ковидный продуктовый бунт. Около 1500 гражданских. Нет признаков оружия.
- Действовать по плану А. Уничтожить всё, что движется.
- Я сказал, что толпа не вооружена. Там полно женщин и детей. Они хотят только снять маски и выйти на улицу еды!
- История повторяется, Ричардс! Действовать по плану А. Всех бунтовщиков уничтожить.
- Идите вы к чёрту! Я не буду стрелять в безоружных людей.





Куда там фургонам с надписью "Хлеб"  до нынешних высокотехнологичных властителей мира .. куда там "ублюдкам из обкомов". Ныне все по-настоящему взвешены, учтены, исчислены.

Впрочем, сохраняющие пока еще иллюзию свободы увлечены вроде как доступными имущественными "плюшками" вроде доступной ипотеки -



Редких уцелевших ждет гигантская волна полной социальной деградации - школьников уже лет через пять-семь будет встречать учитель-дудь, больных - врач-дудь, пассажиров - водитель-дудь. Куда ни плюнь, куда ни обратись, куда ни сунься - кругом один сплошной цивилизационный дудь. Нам не привыкать, да и дудь с ними - а вот детей жалко.

Редкими всполохами где-то далеко на горизонте - отсветы нормального будущего, вроде китайской экспедиции на Луну и кубинской вакцины от коронавируса, произведенной на переднем крае науки фактически нищей, со всех сторон находящейся под санкциями страной.

А у нас по наклонной плоскости, разгоняясь, ускоряясь и набирая темп катится в сторону полного цивилизационного болота вот этот самый  ..... разнотык. Дмитрий Анатольевич меметичен - отличное слово придумал. Внушает.

Недолго осталось. Тпереь уже совсем недолго. Приятного ... эээээ .... приземления.
окраина

Минута одной картинки

Не монтаж, не постановка - просто завалялось в архивах.

Композиция из современной мусорки точки вывоза отходов.

Кто-то, видимо, решил завязать с профессией и податься в таксисты биржевые трейдеры.

окраина

Станция ушедших лет

Когда я учился в школе, режим всё еще был бесчеловечным и кровавым.

В числе прочих преступлений, стоящих миллиардов погибших и захороненных в школьных туалетах нервных клеток советских школьников, была повсеместная организация различных кружков. Причем - и за это отдельно нет прощения партноменклатуре и кровавой гэбне - кружки иной раз имели себе не слишком мирное, вроде парного вышивания мальчиков с мальчиками или курсов маркетинга для афролесботрансгендеров - но и вполне себе околовоенное значение.

Одним из зловещих памятников минувших преступлений была так называемая "Детская железная дорога" в Ростове-на-Дону, эксплуатировавшая невинный детский труд советских школьников на ниве перевозки пассажиров железнодорожным транспортом доставки военных эшелонов для подавления либеральных выступлений рукопожатных граждан Свободной Европы.

Об истории железной дороги в парке Островского в Ростове-на-Дону имени Юрия Алексеевича Гагарина можно рассказывать очень долго, но зачем нам это ? Что хорошего могло случиться с советскиим детьми в 1936 году, кроме посадки родителей ?

Достаточно знать, что силами ГУЛАГ насильно наряженные в форму школьники выполняли роль машинистов, проводников и кондукторов, тоталитарно водивших составы по ДЖД и проверявших документы у несчастных посетителей.

Наконец-то, страна воспряла и отряхнула с подошв проклятое прошлое.

Нет уж ни мальчиков в строгом железнодороном обмундировании, ни девочек в форменных фуражках и с белыми бантами, ни функционирующих станций, ни тепловозных гудков, ни регулируемых переездов. Утилизированы или сданы в музей тепловозы, паровозы, вагоны.

Даже от механизированных фигур жирафа, бегемота, доктора Айболита ничего не осталось - рынок.

Осталась пока еще станция - вот она. На ней покупали билеты в кассах (кассиры тоже были детьми репрессированными без родителей) и садились на поезд, на ней ожидали прибытия состава и скакали при звуке паровозного гудка. На фото не очень хорошо видно, но сейчас она закрыта и подходы к ней заварены металлической сеткой - чтобы за металлоломом и иным хабаром не лазили, значит. Мало ли.



P.S.:
Кирпичное здание на фоне - тоталитарный инструмент принуждения советских граждан к жилплощади, если что.