October 9th, 2012

окраина

История СССР глазами либераста

"
Детали его тайного соглашения с силами мрака, разумеется, недоступны современным исследователям. Однако результат их был налицо — уже через короткое время пентаграммы располагаются на знаменах, головных уборах солдат Красной Армии и на броне ее немногочисленной пока военной техники. Каждая из них открывала врата в наш мир демону-защитнику, который оберегал носителя пентаграммы от посягательств. Плату демоны получали, как водится, кровью.


Только за XX век, по самым скромным подсчетам, в жертву были принесены около 30 миллионов жителей страны.
Договор с повелителями призванных сил очень скоро оправдывает себя, большевики захватывают и закрепляют власть, и хотя сам Ленин, выступавший первым связующим звеном между двумя мирами, не выдерживает и погибает всего 54 лет от роду, сожранный изнутри адским пламенем, последователи продолжают его дело без колебаний. Вскоре наступает демонизация всей страны: идущие в школу дети прикалывают на грудь первую пентаграмму (Мало кто знает, что изначально ритуал посвящения в октябрята предполагал прокалывание булавкой значка детской плоти, а вовсе не крепился на одежду. Таким образом демон октябрятской «звездочки» отведывал крови своего будущего хозяина, раз и навсегда вступая с ним в сакральную связь). Взрослея и становясь пионером, ребенок получал свою новую пентаграмму — на ней понимающим приоткрывалась часть сути Договора: тисненый золотом портрет Вождя там был охвачен пламенем, в котором тот сгинул. Таким образом подрастающему поколению напоминалось о подвиге его самопожертвования. Затем был Комсомол, и наконец, избранным была открыта дорога в жреческую касту — Коммунистическую партию.


Мириады призванных духов обороняли все и вся в Советском государстве: детей и взрослых, здания и технику, а сами демоны-повелители расположились в гигантских рубиновых пентаграммах на башнях кремля, добровольно согласившись на заточение во имя увеличения своего могущества. Именно отсюда расходились по всей бескрайней стране невидимые силовые линии, удерживающие ее от хаоса и развала, и подчиняющие ее жителей воле обитателей Кремля. В некотором смысле, весь Советский Союз превратился в одну гигантскую пентаграмму, защитной окружностью вокруг которой стала государственная граница.
"

Это писатель книжек ручками и головой межушным нервным ганглием - Дмитрий Глуховский - рвет покровы в своем опусе "Метро 2033".

Понимаете, что у него в голове ? Конечно, им нужно молиться, креститься и слушать Радио Радонеж - а то глядишь. проклятое советское наследие настигнет, и устроит Адъ и Израилъ.

А вот - этот же автор комментирует кровавые тоталитарные времена - и уже не в форме художественного повествования. Весь необходимый набор штампов - в наличии. Выделено мной.

"
А ты? А ты вспомни. 
Четыре утра. Звонок в твою дверь. Открываешь - на пороге трое. Фуражки с васильковыми околышами. За тобой пришли. Выкручивают руки, выволакивают во двор, сажают в воронок с надписью "ХЛЕБ", везут, обещая все объяснить, и через несколько часов, раздавив тебе каблуком сапога мошонку и выбив в беспамятстве какое-то признание, выводят в сырой тюремный двор и стреляют тебе в живот. Потом - ты еще жив - добивают. Твоим родителям говорят, что тебе дали десять лет без права переписки. И они еще десять лет верят, что тебя увидят.

Тебе нечего жрать. Жрать тебе нечего, потому что приходят продотряды и все забирают, а кто с ними спорит, того за сараи отводят и из трехлинейки - в голову. Все зерно, которое ты думал сеять, отобрали. И нечего теперь жрать. И снова приходят продотряды. Чтобы отобрать то последнее, что удалось чудом сберечь. Без чего погибнешь. Из семерых твоих детей двое умерли от голода у тебя на руках, и одного, самого маленького, твоя жена сама придушила подушкой, потому что молока у нее нет, а он от голода визжал не переставая. Соседи, говорят, отмучавшегося малыша потихоньку скормили еще живым ребятишкам. Те спрашивали - откуда мясо - а мать плакала в голос. И ты думаешь: сможешь ты так или нет? И ты берешь в руки обрез, который еще с Первой Мировой остался, а сосед - вилы, и прогоняете паразитов. А через несколько месяцев на вас, крестьян, бросают блистательного маршала Тухачевского с кавалерией. Но чтобы зря на вас кавалерию не тратить, Тухачевский вас решает потравить ядовитыми газами. И пухнут, чернеют, задыхаются твои соседи. И сам ты подыхаешь. И все твои дети, которые чудом в голод уцелели. 

Ты - герой. Должен быть герой! Потому что удерживал эту чертову церковь сутки. Потому что четверых ты точно убил, а пятый пополз, подергиваясь, растягивая за собой ярко-красную широкую полосу, назад и провалился в свой окоп. Но ты не герой: некуда тебе было из этой церкви деться; попробуешь отойти - встретишь НКВД. У тебя - винтовка, у них - ППС. Срежут очередью и бросят кровью блевать. У тебя - своя служба, у них - своя. Гниды... Ваське, который с тобой вместе бок о бок последние два года, с соседней улицы, пуля в щеку попала, все зубы в крошку, кровь не остановить было. А потом фрицы миномет достали, накрыли все-таки, контузило. Пришел в себя - пощадили. Взяли в плен. А товарищ Сталин сказал: нет у нас военнопленных. И тебя - в концлагерь. Сформировали роту, из роты половина с голоду подохла, офицеров всех сразу в расход, и тех, кто правду сказал, и тех, кто врать пытался. Коммунистов прикладами забили. А ты - выжил. И бежал. Перешел линию фронта, к своим! Хотел дальше воевать! Гадам этим... А тебя - НКВД - раз... Такая служба. Зубы выбили. Хотели знать: вербовали фрицы тебя или нет. И - на всякий случай - на пятнадцать лет тебя в КОМИ АССР. В лагерь. Вышел - без зубов, без печени, без желудка. Без души. И потом сколько тебе осталось - десять лет, может - будешь мечтать доказать, что ты не виноват был. А они и не думали, что ты виноват. Они так, на всякий случай. 

А, вы не можете, вы же закрыли свои аккаунты "ВКонтакте", потому что Иосиф Виссарионович Сталин - не диктатор, не чудовище, не губитель миллионов жизней, не самый кошмарный и жестокий из правителей двадцатого века. 
Не он выиграл Великую Отечественную. Народ в ней победил. А он к народу - к своему собственному народу - относился - как к гвоздям, как к цементу, как к арматуре, как к дерьму. 


Будь он проклят.
"