На просторах великой страны нас встречает могильный покой


Previous Entry Поделиться Next Entry
"Освободители от коммунизма", часть 1
seerozha
Вспоминает воевавший против СССР в рядах итальянской армии вместе с немцами господин Антон Прокофьевич Яремчук 2-ой.

Штабс-капитан, корниловец, РОВСовец,  заклятый антисоветчик.

Вот именно этот и ему подобные шли рука об руку с немцами "освобождать" советских людей от советской власти - на словах, и от жизни - на деле.

"
Мы, русские, сразу же прдприняли соответствующие шаги - в Мадриде записалось 35 человек, чуть ли не всё мужское население нашей колонии. Лишь несколько человек отказались, считая, что Германия - вековой враг России и освобождать её от коммунизма не собирается. Но так хотелось вступить на Русскую землю после 25 лет изгнания !
...
Пришли, там какая-то тётка, которая узнала, кто мы, стала кричать: "Вы против наших собираетесь воевать!.." Оказалась кухарка, из русских полуинтеллигентов. Впрочем, в Риме русская колония - сплошные советские патриоты.
...
... девочка лет 12-ти принесла на продажу корзинку луку, толстый немецкий жандарм с усами а-ля Вильгельм её увидел и направился к ней (немцы воспрещали всякую частную торговлю с представителями "низшей расы").
...
Как жаль, что я не попал в почти родные мне места - моя невеста была оттуда, но уехала в Харьков и там вышла замуж (впоследствии моя добрая знакомая ездила из Соединенных Штатов в СССР, побывала в Харькове, видела свою родню и мою бывшую невесту, которая, узнав, что я служил в итальянской армии, с негодованием воскликнула: "Как, он против наших воевал !?" Но я никогда не считал советчиков "нашими" ...).
...
Во дворе комендатуры в Енакиево ожидали солдаты, напоминавшие картину Верещагина "Отступление армии Наполеона" - в женских пальто, шубах, закутанные шарфами и женскими платками, многие на ногах с ракетами для хождения на босу ногу - и все почти без оружия.
...
Она (хозяйка квартиры, где автор был на постое - прим. моё) рассказывала, что у неё попросили сервировку немецкие офицеры и ничего не вернули, даже немецкие солдаты приходили несколько раз, чтобы забрать патефон, но она его запрятала. Хозяйка живет тем, что ежедневно ходит на базар и покупает у немецких и итальянских солдат носильные вещи и продукты, а потом их перепродает. Немецкие солдаты продают пару подённых кованых ботинок за 150 марок (марка оккупационная - 10 рублей), бутылку паршивого конъяка - за 35 марок, а покупают её в своей кантине за 2-3 марки. Немцы исподтишка занимаются грабежом. У моего хозяина при обыске забрали два пуда муки, пустые мешочки и  семь полотенец, а одно солдат спрятал за пазуху.
Вообще населению приходится очень трудно: базары пустые, украинская полиция - отъявленная сволочь из галичан и бывших коммунистов, отбирают продукты и тут же их продают. Цены на продукты подскочили в несколько раз, объясняется это наплывом войск, особенно итальянцев, которые продают всё, что могут, так как их не кормят. Главные спекулянты - румынские солдаты и австрийские железнодорожники.
...
На тротуаре сидят рядышком несколько румынских солдат, в остроконечных меховых шапках, а перед ними мешки с товарами. Картина никогда мною не виданная - неспроста говорят, что "румыны не нация, а профессия!".
...
Хозяин мой и его старший брат работали на мельнице при советах и при немцах. Кто-то на них донёс и их посадили - хозяина, его старшего брата и сапожника Петьку. Держали девять месяцев, при допросах били: приходит здоровенный тип и обращается по-русски: "дед, мы тебя сейчас будем бить" - и бил мешочком, наполненным песком.
...
Брат хозяина, старше на 10 лет, очевидно, в наше время служил в Красной Армии. Как-то раз он мне заявил, что "при кровавом Николашке рабочие жили плохо, а при советской власти был чуть ли не рай на земле".
...
За ужином хозяева рассказали мне о своей горемычной жизни: в селе комендант-немец и три жандарма; "немцы выдают в месяц по 12 килограмм суррогатов - гречихи, проса и ячменя, а при советской власти получали в год по 20 пудов пшеницы и ржи - по 12 кило в месяц". Немцы крестьян бьют - это очень не нравится русским. Туполобые немцы не понимают русской психологии. Теперь вот забирают молодежь на работы в Германию, если кто попытается бежать - приказано по ним стрелять, для этого согнали милицию со всего района. Забирают мать, а маленькую дочку оставляют, забирают единственного кормильца семьи...
...
Утром поехали дальше. В соседнем доме крики - уворовали кур, это работа итальянских солдат: вороватый народ, в одном селе украдут, в другом дают приготовить. В нашем камионе несколько солдат, один слез и по дороге в какой-то хате под навесом украл пук махорки, но курить её было невозможно, табак ещё не созрел, пришлось выбросить. В другой хате солдат украл круг макухи из подсолнухов, мякоть с шелухой, только масло выжато; солдат оторвал кусок и стал жевать, говорит: "это русский хлеб"... Я ему объяснил, что это корм для свиней, а русские это не едят. Он выбросил этот круг на дорогу ...
...
Немцы объявили жидов виновными в пожаре Киева и приказали всем явиться на сборный пункт. Явились с тючками - побольше тючки в одну сторону ложить (с продуктами), а в другую - тючки поменьше (с драгоценностями). Потом всех посадили в грузовики и повезли на Лукъяновку, к оврагу Бабий Яр - и всех уничтожили. Говорят, что до 80 тысяч. Как-то раз немцы в виде репрессий за что-то устроили облаву: забирали всех, у кого русская фамилия - инженеров, врачей и вообще интеллигентных людей, а тех, у кого по документу была украинская фамилия, отпускали, это было поручено украинской полиции из галичан. Одна женщина отпросилась покормить грудного ребенка, её отпустили, но сказали, чтобы она утром возвратилась. Когда она вернулась, и её посадили со всеми вместе на грузовик, и повезли на расстрел...
...
К нам зашёл познакомиься наш сосед - оказался дроздовец, был брошен больным тифом Белой аомией и скрывался столько лет. Так он нам рассказывал, что вот сзади нашего дома - новый дом, архитектор его построил и сбежал, так как строительные материалы были плохого качества, а если бы он отказался строить, то его бы расстреляли за саботаж, а если построил бы и здание завалилось, то тоже расстреляли бы. Поэтому обычно, когда архитектор построит дом, то старается сбежать в другой город, подальше, и часто живет под чужой фамилией.
...
У стены стоит мраморная гробница - Святого Владимира или Ярослава Мудрого, не знаю точно. Прекрасная мозаика "Нерушимая стена" в полной сохранности - это символ Вечной России. Сколько было нашествий в истории - теперь вот красный Антихрист, а "Нерушимая стена" - нерушима.
...
На мосту нам навстречу идет упитанный немецкий солдат, кажется, капрал, нагруженный как ишак: на спине мешок, сбоку сумка, в руках тяжелые чемоданы - одним словом, представитель "высшей расы" едет в отпуск "нах фатерлянд". Селиванов говорит: "Чтоб его холера взяла ! Ишь сколько награбленного добра везет ! ..."
...
За ужином сидел какой-то соттотененте - латыш с козлиной бородкой; говорили, что он бывший русский офицер, был переводчиком и зверски обращался с населением.
...
На многих перекрестках улиц (Гомеля - прим. моё) похоронены немецкие солдаты - нексколько могил и кресты, на каждом надпись и каска. Почему немцы так делают ? Ведь в случае проигрыша ими войны эти могилы будут несомненно снесены.
...
Раз возвращаемся домой, сзади огромный овраг, туманно. С другой стороны оврага нас обстреляли - видно, был немецкий патруль, охраняющий город от возможных налётов партизан, которых в окрестных лесах, как говорят, тысяч сорок.
...
В доме всего лишь две книги - "Учебник акушерского искусства" и "В чем моя вера" Льва Толстого, пытался читать, но органически не мог: Толстой - величайший разрушитель России, развратил четыре поколения молодежи своим учением о непротивлении злу, и когда настал решительный час, то шли воевать против мирового зла лишь молодые люди да художники. У Толстого два лица - мыслитель и художник-писатель. Лучше было бы, если бы он не "мыслил"!.. Предпочел читать учебник акушерского искусства.
...
Уже у нас были немцы. Пошёл слух, что они пленных ведут. Мы по русскому обычаю вынесли на дорогу кто что мог: кто молока, кто варёной картошки, кто хлеба, а кто ничего не имел, то просто кувшин воды. Видим, вдали облако пыли: немцы гонят пленных. Они грязные, запыленные, уставшие. Мы к ним, а немцы нас отгоняют, не позволяют давать передачи. Некоторые падают от усталости, немцы закалывают их штыками. Мы им этого никогда не забудем: ведь это наши сыновья, мужья и братья ... (из рассказа квартирной хозяйки в переложении автора - прим. моё)
...
Ещё Ирина Ивановна рассказывала, что в одной деревне около Гомеля господ офицеров - бывших советских - из города привозили мертвецки пьяными, погрузив их кучей в сани. Форма немецкая, погоны вроде русских, на рукаве щиток "РОА" (Руская Освободительная Армия). В Бобруйске формировался полк армии генерала Власова - так его тогда называли, под командованием айора сербской службы Слюсаревского ...
...
Разговорились с женщиной, ездившей на Полтавщину за хлебом. Рассказала, что немцы сожгли четыре деревни, куда заходили партизаны - являлись к старосте, требовали хлеба и сала, попробуй не дать. Немцы в наказание зажигали деревни со всех концов, никого не выпускали, детей штыками бросали в огонь...
...
Итальянцы формируют у себя русские национальные части, под русским трехцветным флагом и русскими погонами, в пику немцам.
...
Транспорт теперь - вещь серьезная, так как все окрестные леса кишат партизанами, которых насчитывают тысяч сорок. Немцы их сами фабрикуют. При немецком настплении бежали в леса те, кто не успел эвакуироваться - евреи, комиссары, коммунисты. Приходят ночью в деревню и требуют у старосты хлеба и сала - попробуй им отказать ! Через несколько дней приходят немцы, зажигают деревню со всех сторон, всех убивают. Когда немцы приходят на расправу в следующую деревню - она уже пустая, все бежали в лес к партизанам. Поезда ежедневно взрываются, на дорогах рвутся петарды, несмотря на то что через каждые полтора-два километра расположены посты с пулеметами. Прежде всего страдает немецкий транспорт.
...
Не составляло секрета, что итальянские части стоящие в окрестностях (Клинцы), уже не боеспособны и заключили что-то вроде перемирия с
партизанами: мы вас не трогаем, не трогайте и вы нас.
...
В России мне жители рассказывали, что когда немецким солдатам выдавали пищу из котла, то остатки они выливали на землю, чтобы только не давать столпившимся вокруг голодным детям.
"

Цит. по книге "Мемуары власовцев", А.В.Окороков, "Вече", 2011

  • 1
Что-то г-н Яремчук буквально никого не жалует - немцы у него тупые (задорновская интонация так и слышится...), румыны, видите ли, "не национальность, а профессия", итальянцы сплошные мудаки, Лев Толстой - и тот "разрушитель России"... Блин, хоть бы о ком хорошо отозвался! (Кстати, насколько контрастирует с мемуарами Боргезе - того самого, фашиста из фашистов - "10-я флотилия", где автор кого ни упомянет, так обязательно с уважением). У этого же Яремчука натурально содомиты окрестЪ, он же един Добрыня Никитич есть.

Совершенно точно.

Синдром д'Артаньяна красной нитью идет через всё повествование. В итоге оказались хороши только те, кто хорошо кормил автора ))

У него же есть другое произведение, "РУССКИЕ ДОБРОВОЛЬЦЫ В ИСПАНИИ 1936-1939" - так там вся довоенная Европа оказывается наполнена коммунистами и их приспешниками, и лишь БелыеЪ ОфицерыЪ, героически превозмогая всё на свете, пытаются им противостоять.

Зачастую, в общем, фантазер ещё тот, но любопытные факты проскакивают.

Ну да, я книгу пока мельком проглядел - почитать стоит, именно из-за фактологии.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account