?

Log in

No account? Create an account

На просторах великой страны нас встречает могильный покой


Previous Entry Поделиться Next Entry
Заазовье-2018: Стефанидинодар
seerozha
Поток машин от Ростова-на-Дону в сторону Азова в межсезонье уж очень интенсивным не назовешь - не сказать, что совсем безлюдно, но и ажиотажа особого не просматривается. Фыркают выхлопными газами из турбированных двигателей дорогие автомобили, двигающиеся в немногочисленные, но модные и дорогостоящие коттеджные поселки, тащат большегрузы прицепы в "Пятерочки" да "Магниты", катятся разносортные авто до Ейска и Староминской, а кто и дальше, в Крым, по так называемой "старой краснодарской трассе".

А вот по направлению к Порт-Катону почти никого нет - сезон на Павло-Очаковке и Чумбур-косе закончился, ветер посвежел, проскочит одинокая "шоха" или "четверка" небогатых местных жителей, и - пустота, глубокое синее небо над головой, машут ветками не облетевшие еще деревья, и тянет с начинающегося тут формально моря тиной.

Жмутся к дававшему раньше пропитание побережью небольшие деревни - Глафировка, Стефанидинодар, Новомаргаритово - прячутся за частым кустарником, скрываются в прибрежных склонах, и потихоньку растворяются в бело-желтом, поросшем пучками травы песке. Песок тут твердый, спрессованный, пронизанный корнями и изрытый живностью, образующий местами причудливые, напоминающие грязевые вулканы конструкции.

Где-то далеко, на той стороне таганрогского залива - Вареновка, Приморка, Мержаново, и сам изрядно обтрепанный, но еще достойный многочисленных посещений красавец-Таганрог.


Название "Стефанидинодар" напоминает о том, что существует еще в народе мифическая воображаемая память о добрых помещиках типа местной землевладелицы Стефаниды, давшей крестьянам вольную вместе с земельными наделами для ведения хозяйства - от этого, мол, и пошло, "Стефанидин дар". Красиво, но враньё. Помещица - Стефанида Васильевна Похвиснева - действительно существовала, но отметилась отнюдь не раздачей земель, а массовым переселением своих крестьян из Обоянского уезда Курской губернии, приобретя эти змели у местных дворян греческого происхождения.

Барыня сказала "надо" - крестьянство ответило "есть" ! Такие у него, крестьянства, были в 1828 году права. Крестьяне эти, кстати, благодаря стараниям местных краеведов известны чуть ли не пофамильно, а деревня, хоть и возникла на пустом месте, уже насчитывает без малого двести лет. Некоторые прямые потомки тех  переселенцев и сейчас тут живут.

Вообще, практика наименований деревень в честь барыней различного калибра имеет долгую историческую традицию, соседнее село - Глафировка - называется в честь другой помещицы, Глафиры Васильевны Нарецкой.

Сами поселения производят, в целом, достаточно угнетающее впечатление, особенно на фоне замершей осенней природы. Отличаются в лучшую сторону новодельные дачи зажравшихся ростовчан состоятельных граждан из соседнего мегаполиса, ковыряется на огородах менее довольный жизнью народ, бродят по улицам редкие сельские школьники, занимающие себя пинанием пакета со сменкой и пронзительными матерными выкриками, да промелькнет чудом переживший "святые девяностые" старый автобус. Зимой, думаю, картина совсем безрадостная.

Впрочем, куда как более развернутую историю и куда как более качественные фотографии этих мест можно найти в "Ростовском словаре".